Круглый стол «Цифровизация образования: основания, проблемы и социальные последствия»

10 октября в Барнауле состоялся круглый стол «Цифровизация образования: основания, проблемы и социальные последствия». Инициаторами его проведения выступили семь общественных организаций, которые занимаются проблемами культуры, семьи, воспитания и образования.

В работе круглого стола приняли участие представители следующих организаций: Координационный Совет общественных организаций Алтайского края по вопросам семейной политики и социальной безопасности, Алтайское отделение МОД в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание», «Фонд «Алтай 21  век», Алтайская краевая общественная организация «Общественный родительский комитет», Алтайское отделение Ассоциации родительских комитетов и сообществ, Общероссийское общественное движение «Патриоты Великого Отечества», Алтайское отделение Всероссийского общественного движения «Гражданская инициатива за бесплатное образование».

Вопросы, вынесенные на обсуждение:

  1. Что такое цифровизация, как она применяется в образовании?
  2. Какие положительные и отрицательные стороны можно отметить при использовании цифровых технологий в образовании?
  3. С какого возраста, на ваш взгляд, можно использовать во время воспитания и обучения детей в детских садах и на уроках в школе цифровые технологии?
  4. Нужно ли закрепить определенные нормативы применения в разных возрастных группах цифровых технологий на уроках в разных классах? Если нужно – то какие именно нормативы по времени работы на компьютерах или планшетах в разных классах предложили бы вы?
  5. Что, по вашему мнению, самое главное необходимо учитывать и обязательно оставить из прошлого опыта образования и развивать в процессе обучения и воспитания в школе, колледже и вузе?
  6. Что такое ЦОС, в чем отличие понятий «цифровая образовательная среда» и «цифровизация»?
  7. Как сказывается на интеллектуальных способностях человека цифровая зависимость?
  8. Какие пути и способы решения и избавления от цифровой зависимости предлагают специалисты?
  9. Как связано распространение среди современных детей синдрома Дефицита внимания у гиперактивных детей (СДВГ) — детского расстройства, связанного с неспособностью сосредоточиваться на различных задачах, — с использованием ими смартфонов, гаджетов и пр.?
  10. Какие меры можно  предложить для повышения качества современного образования?

ЦОС  — путь к национальной катастрофе

Предлагаемый проект постановления правительства о создании ЦОС вводит единую платформу электронного дистанционного образования. Создается даже целый институт цифровой трансформации образования. (Людмила Бокова возглавит Федеральный институт цифровой трансформации https://www.vzsar.ru/news/2020/09/11/ludmila-bokova-vozglavit-federalnyy-instityt-cifrovoy-transformacii.html )

Все это делается без совета с обществом, без широкого общественного обсуждения среди родителей и педагогов. А между тем законопроект о ЦОС получил при обсуждении на сайте в 10 раз больше отрицательных отзывов, чем положительных.

Официальное обоснование введения ЦОС не выдерживает критики. Утверждается, что она нужна, чтобы обеспечить всем детям равный доступ к образованию. Это можно понять так, что где-то не хватает учителей, или преподавание учебных предметов ведется на низком уровне. И вот в этих случаях ЦОС должна придти на помощь. Но, оказывается, что дело обстоит совсем не так.  ЦОС предполагается вводить для всех школ всех регионов России. Должна быть единая платформа с единой программой и автоматической проверкой выполнения работ учениками. Получается, что ЦОС мыслится как средство тотальной уравниловки. Зачем нужна такая уравниловка? – ответа нет.

Таким образом, можно констатировать, что нет внятного рационального объяснения проводимому эксперименту. Причем эксперимент ведь масштабный. Он затрагивает 14 регионов и касается десятков тысяч школьников. В течение 1,5 лет платформа должна быть создана и апробирована. Опять-таки не понятна спешка с проведением такого масштабного эксперимента на детях. Составители проекта постановления Правительства не упоминают о болезнях, карантине, коронавирусе. То есть о том, что могло бы хоть как-то оправдать эту спешку.

Все это наводит на мысль, что авторами этого проекта движут не разумные, рациональные соображения, а мотивы совсем другого порядка. Проект принимается без педагогической и медицинской экспертизы. Это в прямом смысле безумный широкомасштабный эксперимент над детьми, с сознательным игнорированием возможных негативных последствий, как для самого процесса обучения, так и для здоровья учащихся.

Безусловно, цифровизация экономики – вещь полезная и необходимая. Но можно ли подобное утверждать относительно сферы образования? Разве кем-то доказана польза цифровизации процесса обучения? Нет данных о том, что использование электронных средств обучения улучшает качество образования. Зато есть данные о том, что в некоторых случаях оно это качество ухудшает. (Манфред Шпитцер Антимозг: цифровые технологии и мозг, — М., 2014.)

В случае с цифровизацией образования, как нам представляется, необходимо сразу обозначить разумные пределы ее осуществления. Цифровизация целесообразна там, где она может принести несомненную пользу и где она наносит наименьший вред. Вред нам видится двоякий.

Вред может быть нанесен самому процессу обучения. Опыт показывает, что при электронном дистанционном образовании многие учащиеся предпочитают заниматься не школьными предметами, а компьютерными играми и другими посторонними вещами. Для дистанционного образования требуется высокий уровень дисциплины и мотивации учащихся, что нередко на практике не наблюдается. Именно поэтому дистанционные курсы заканчивают считанные проценты людей, которые на них записываются. Собственно, и ВПР (всероссийская проверочная работа), проведенные этой осенью, показали низкий уровень освоения материала школьниками во время вынужденного, вызванного эпидемией коронавируса, дистанционного периода обучения весной текущего года.

Кроме того, следует учесть такое немаловажное обстоятельство, что электронные технические средства с использованием интернета создают широкие возможности для списывания готовых решений. Это превращает процесс обучения в фикцию. Ведь школьники не выполняют нужных заданий, а находят готовый ответ. Причем, по видимости, картина успеваемости может выглядеть внешне вполне благополучно, но реальные знания и умения у учащихся будут отсутствовать.

Второй вид вреда электронного образования – это, безусловно, негативное влияние на здоровье детей. В первую очередь, страдает зрение. Но зафиксированы многочисленные факты пагубного воздействия электронных средств на нервную систему и психику детей. От длительного общения с этими средствами развивается цифровая зависимость и цифровое слабоумие. Поэтому использование электронных средств в обучении должно быть жестко ограничено временными рамками. Такие рамки в виде нормативов предложил НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подростков. Через короткое время после опубликования нормативов последовала внезапная отставка директора этого НИИ Кучмы Владислава Ремировича. Похоже, что кому-то в высших эшелонах власти не понравились эти ограничения. Это и показывает, что те, кто продвигает цифровую трансформацию, готовы пожертвовать даже здоровьем детей, лишь бы добиться своих иррациональных целей.

Исходя из этого, можно допустить электронное образование, в том числе, и дистанционное, только как дополнительное к основному – очному, контактному. Возможно использование интерактивных досок для иллюстрации каких-то учебных теоретических положений, в соответствии с принципом наглядности в обучении. Возможно использование дистанционного образования для больных детей или детей, находящихся на надомном обучении. Но все это должно делаться в строгих временных рамках, чтобы минимизировать ущерб для здоровья детей. Наконец, можно допустить дистанционное образование в чрезвычайной ситуации, подобной эпидемии коронавируса. В данном случае можно руководствоваться тем, что дистанционное образование (хотя оно и хуже по качеству, чем очное) в чрезвычайных обстоятельствах следует предпочесть полному отсутствию образования.

Негативные последствия внедрения ЦОС в предлагаемом виде ясны. Это снижение качества образования для миллионов школьников. Это тяжелые последствия для их физического и психического здоровья. Это сокращение большинства учителей, и превращение оставшихся педагогов в неких тьюторов, с понижением статуса и зарплаты. Все это будет иметь долговременные негативные последствия как для подрастающего поколения нашей страны, так  и для страны в целом. Падение уровня образования будет означать понижение нашей конкурентоспособности, утрату возможности  противостоять любому потенциальному противнику  в техническом плане, отторжение молодежи от общества (ибо воспитывать дистанционно вряд ли возможно).  Кроме того, это приведет к росту социального неравенства и, соответственно, к росту социальной напряженности в стране. Один из адептов цифровой трансформации общества спецпредставитель президента по вопросам цифрового и технологического развития Д. Песков еще в 2011 году заявил, прогнозируя развитие сферы образования: «Образование будущего разделится на два вида ― «компьютерное», оно будет дешевым, и «человеческое», оно будет дорогим, потому что знания стремительно обесцениваются, а социальные связи и возможность учиться лицом к лицу будут только дорожать». (Обсудим образование будущего: «Google ломает шпиль МГУ, Дмитрий Песков, E-xecutive.ru — http://safbd.ru/en/content/obrazovanie-budushchego-google-lomaet-shpil-mgu )

Таким образом, полномасштабная реализация предлагаемого проекта ЦОС ведет Россию к национальной катастрофе.

Нам видится, что в продвижении такого проекта заинтересованы влиятельные люди из властных кругов общества. Не исключено, что многими из них руководят меркантильные мотивы. Наверняка кто-то хочет неплохо заработать и на создании самой платформы, и на создании учебного контента, на предоставлении дополнительных платных образовательных услуг.  Возможно, что некоторые хотят таким образом сэкономить на сфере образования. Ведь в этом случае можно не повышать зарплату учителям, а просто сократить их. А здания школ использовать в коммерческих целях.

Но, как нам представляется, здесь играет роль еще и технократическое мышление творцов этой цифровой трансформации. Они считают, что если появилась какая-то техника, то ее надо внедрять везде, в том числе в сфере образования. Априори предполагается, что это даст какое-то улучшение, что это ведет к прогрессу. Совершенно не обращается внимания на человеческие и социальные издержки этого (часто мнимого) «прогресса». Такой «цифровой фетишизм», такая вера во всемогущество технического прогресса давно уже изобличены в философии как «технологический блеф». В одноименном произведении Ж. Эллюль показал, что техника превратилась в самодвижущуюся силу, которую человек уже не контролирует. (Эллюль Ж. Технологический блеф// Это человек: Антология. – М., 1995 – С. 265 -295.)

Уже не техника служит человеку, а человек порабощен техникой. Такими порабощенными техникой людьми представляются нам творцы цифрового преобразования нашей школы.

Ну, и наконец, выгодоприобретателями от такой безумной цифровой реформы будут, несомненно, наши геополитическое противники. Это лучший способ уничтожения противника – когда он сам себя изнутри уничтожает. Всем патриотам нашей страны нужно объединиться, чтобы остановить опасную для нашего народа и нашей страны цифровую трансформацию образования.

С. Васильев (Алтайское отделение Всероссийского общественного движения «Гражданская инициатива за бесплатное образование»).

Рекомендуемые материалы по проблемам образования

Каланчина И.Н. Личность в образовании: история и современность

Проект ЦОС: внедрять нельзя пересмотреть

Современная образовательная политика, или Деятельность по изготовлению человека

Какими намерениями вымощена дорога в дивный новый мир?

Новый наряд короля, или Кто стоит за «новациями» в образовании

Трансгуманизм – идеология реформ в образовании?

Польза и возможные риски цифровых технологий: мнение западных ученых

Катастрофа высшего образования только начинается

Школа и здоровье не совместимы?

Кто выживет после цифровизации образования?

Почему онлайн-образование умирает

Домашнее образование: тупик или выход?

Человек отменяется, или О том, что заставляет «учителей словесности» отказаться от самой словесности

Очередной эксперимент в российском образовании: тотальная цифровизация?

Изгнание бесов из российского образования

Публичное опознание

Истерика российской школы

Система, убивающая разум (о проектах Кузьминова-Грефа)

Что стоит за спешным принятием Закона об искусственном интеллекте?

После эпидемии нельзя допустить ползучего замещения очного обучения дистанционным

Сомнительные прелести дистанта

Фонд «Сколково» и коронавирус

Как относиться к спорам о ненужности празднования 9 мая?

Патриотизм: гражданская добродетель или «последнее прибежище негодяя»?

«Имею право быть человеком»

Индекс Хирша как двигатель регресса

Принято решение о создании министерства просвещения

К чему ведет засилье информационных технологий в образовании?

Почему выбор профессии учителя сегодня — это большой риск?

Их пугают, а им не страшно

«Геймификация образования»: предупреждения Рэя Брэдбери сбываются?

Стоит ли стремиться в финский школьный рай?

Какой должна стать наша школа?

Фильм «Последний звонок»: комментарии, мнения, споры, прогнозы

В челябинских школах запретили секспросвет

Русская классическая школа: начало Возрождения?

Российская система образования: есть ли шанс на возрождение?

Аналитические статьи ученых и учителей-практиков о системе развивающего обучения

Подборка статей по системе Развивающего Обучения