ТВОРЦЫ МЕХАНИКИ. Часть I

«Рассказы о русском первенстве» — читайте интересные статьи из этой книги, с продолжениями! Вы узнаете о реальном вкладе русских ученых и изобретателей в развитие мировой  науки и техники.

Выдающуюся роль в становлении и развитии механики – одной из важнейших инженерных наук —  сыграли труды русских людей. Современная техника немыслима без того, что внесли в нее русские механики и ученые, создавая ее законы, конструируя станки и машины, возводя разнообразные сооружения.

Возьмем для примера токарный станок. Еще с очень давних пор люди пользовались устройством для обточки различных изделий. Однако долгов время токарный станок оставался крайне примитивным. Работать на нем было трудно, а точные детали и вообще нельзя было изготовлять.

Но в XVIII веке в конструкцию его было внесено такое добавление, которое сразу коренным образом усовершенствовало и преобразило этот станок. Мы говорим о супорте.

Когда-то токарь работал на станке, держа резец в руках. Супорт — механический держатель резца — заменил руку токаря. Он дал возможность работать легко, быстро и точно.

Созданный некогда как часть токарного станка, супорт к нашим дням стал непременной принадлежностью самых различных металлорежущих станков — строгальных, долбежных, карусельных. В каждом из них есть могучая стальная рука, крепко держащая главный рабочий орган станка — резец.

Кем и когда был создан супорт? Любой иностранный учебник по технологии металлов отвечает: «Генри Модели в 1794 году».

Изобретатель супорта действительно достоин славы. Но монумент Модели — это не памятник изобретателю супорта, а увековечение исторической неправды. Истина же говорит своим убедительным языком о другом, подлинном изобретателе супорта.

…В ленинградском «Эрмитаже» бережно хранятся несколько токарных станков. Сделаны они еще во времена Петра I. На одном из них работал сам Петр — большой мастер токарного дела.

Другой станок, находящийся в этой коллекции, был закончен после смерти Петра. На медной его станине имеется надпись: «…Начало произвождения к строению махины 1718-го, решена 1729 году. Механик Андрей Нартов». На этом станке, как и на многих других из стоящих в зале «Эрмитажа», есть супорты — механические держатели резца. За семь десятков лет до Модели изобрел супорт гениальный русский механик Нартов.

Но не только супортами славны нартовские станки. «На этих станках, — пишет исследователь истории русской техники профессор Данилевский, — …с геометрической точностью, и притом автоматически, воспроизводились не простые, сравнительно, очертания машинных деталей, а неизмеримо более сложные формы…»

На станках Нартова изготавливались замысловатые по своим очертаниям изделия — кубки, подсвечники… Воспроизводились на металле и слоновой кости барельефы — копии с медалей, монетные штампы. Создав такие автоматически работающие станки, русский механик Андрей Нартов шагнул далеко в будущее.

Другое принципиально важное изобретение в области механики было сделано современником Нартова солдатом петровской армии Яковом Батищевым.

В знак победы над шведами Петр прибил к стене своей комнаты шпагу поверженного Карла XII. На клинке ее была выгравирована надпись: «Побежден лучшим оружием». В числе тех, кто способствовал созданию этого лучшего оружия, был и Яков Батищев. Прикомандированный к Тульскому оружейному заводу, Батищев сумел поставить там производство ружей и пушек на невиданную дотоле высоту. Однако он прославился не только как крупнейший организатор производства, но и еще более как создатель многих новых оригинальных станков.

Стремясь облегчить труд рабочих и ускорить изготовление оружия, Батищев изобрел целую серию вододействующих машин для сверления стволов, для опиловки их, для зачистки стволов с поверхности и изнутри.

В основу конструкции своих машин Батищев положил замечательный принцип: станки обрабатывали не по одному изделию, а по нескольку сразу.

Историограф тульских оружейных заводов писал о станках Батищева: «В нижнем этаже поставил он два станка для сверления двадцати четырех стволов на каждом. В верхнем было двенадцать пильных станков, а на каждом обтиралось по двенадцати стволов вдруг пилами, в тридцать фунтов каждая: потом восьмью личными пилами чистились поверхности стволов, а четырьмя отделывались грани у казенного конца: внутренность чистилась четырьмя смыкальными (шустовальными) пилами». На станке Батищева рабочий-отдельщик мог обработать 16 стволов в день — в восемь раз больше, чем при работе вручную.

Изобретенные Батищевым машины явились родоначальниками станков, которые именуются на современном техническом языке многопозиционными.

Батищев, положивший начало созданию подобных станков, только за это должен быть причислен к выдающимся деятелям техники. Он намного опередил свое время.

В годы, когда он трудился, нигде в мире таких производительных, «многоруких» станков не было. Не было нигде и цилиндроконической передачи, которая появилась уже в позднейших, более совершенных образцах станков Батищева. Не на годы, не на десятилетия даже были задуманы эти великолепные станки.

Оружие, сошедшее с батищевских станков, гремело на улицах Берлина в 1760 году; его несли суворовские солдаты, штурмовавшие Измаил; оно славно служило и кутузовским солдатам — героям Отечественной войны 1812 года.

Много замечательных мастеров, новаторов техники трудилось вместе с Батищевым на Тульском оружейном заводе. Это братья Демидовы, оружейник Никифор Пиленко, литейщик Семен Баташев, строитель домен и пушечных вертелен, — как называли тогда станки для расточки орудийных стволов, — Степан Трегубов. Так же мастер Марк Сидоров, спроектировавший новый оружейный завод в Туле, и сотни других прекрасных знатоков оружейного дела.

Благодаря трудам этих выдающихся русских техников Тульский оружейный завод уже в те времена завоевал себе славу лучшего в Европе. Знаменитый путешественник академик Василий Зуев в известном описании своей поездки из Петербурга в Херсон, опубликованном в 1781 году, не случайно начал рассказ о Тульском оружейном заводе такими словами: «Вот краткое описание места, которое столько славы и чести делает городу Туле не только в Российском государстве, но и в прочей Европе».

Многое из того, что вошло в арсенал современной техники, родилось здесь, на тульских заводах. И лишь усердием фальсификаторов из числа буржуазных историков эти достижения относятся к другим местам и другим временам.

Восторженно расписывают американские историки техники событие, случившееся в конгрессе США в 1798 году. В зал конгресса, рассказывают они, фабрикант Элий Уитней принес десяток ружей. Ружья разобрали. Уитней смешал все детали. Затем, к удивлению присутствующих, он снова собрал весь десяток ружей, беря для каждого ружья первые попавшиеся детали, в том числе и находившиеся ранее с других ружьях. Каждая часть любого ружья была в точности подобна одноименной части во всех остальных девяти ружьях. Одноименные части были взаимозаменяемыми.

Но не Уитнею и не Америке принадлежит первенство в создании системы взаимозаменяемости. За десятки лет до Уитнея взаимозаменяемости в своих изделиях добились тульские оружейники, причем способ, которым они пользовались для достижения своей цели, был гораздо более совершенным и выгодным, чем метод Уитнея.

Уитней добился взаимозаменяемости деталей самым примитивным способом. Кропотливо, вручную его мастера подгоняли детали одного вида под размер детали-эталона. Восемь лет потребовалось заводу Уитнея для изготовления 10 тысяч ружей.

Туляки работали по-другому. Детали изготовлялись без постоянной оглядки на образец. Взаимозаменяемость достигалась тем, что рабочий пользовался набором специальных мерительных инструментов—калибров. Каждый калибр был предназначен для изделия одного определенного размера. Для измерения диаметров отверстий туляки пользовались цилиндрическими калибрами, похожими на пробки; для контроля внешних размеров изделий применялись калибры, напоминающие скобы.

Очертания детали, как правило, характеризуются несколькими размерами. Следовательно, для каждой детали рабочий имел набор соответствующих калибров. Пользуясь этим набором, он добивался того, что все одноименные детали выходили из его рук строго одинаковыми.

О применении калибров в России говорят уже очень давние документы. Например, предписание, составленное в 1715 году по указанию Петра I для людей, занятых приемкой оружия, указывает: «На оружейных тульских и олонецких заводах делать драгунские, брабантские фузеи и пистолеты калибром против присланных от его Царского Величества медных образцов…»

Другой документ — указ министра графа Шувалова, направленный им в 1761 году Тульскому оружейному заводу, — подтверждает: «На каждую оружейную вещь порознь мастерам иметь меры, или по заводскому обыкновению называемые лекалы, за заводским клеймом, или печатано оружейной канцелярии аккуратные, по которым бы каждый с пропорцией всякую вещь при делании приводить мог, без того вещи одна с другою во всем точного равенства не имеют…»

(Продолжение следует)

Источник: Болховитинов В. и др. Рассказы о русском первенстве. Москва: Изд-во ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия», 1950. 424 с. С. 167-170.