О болонской системе и будущем отечественного образования (размышления преподавателя вуза)

 В течение долгих 30 лет российское образование, в том числе и высшая школа, находилось в режиме постоянного переформатирования, подлаживания под примитивные шаблоны, навязываемые «западными партнерами». И вот логика исторических процессов привела к тому, что  11 апреля не  российские вузы вышли, а их исключили  из Болонского процесса. Как бы ни пытались чиновники от образования сохранить хорошую мину при плохой игре,  тем не менее  итоги этих реформ довольно неутешительные. Но есть и положительный момент в этой ситуации  — в общественной повестке с новой силой зазвучала тема о необходимости извлечения уроков разрушительных реформ и возрождения лучших достижений российского образования применительно к новым жизненным реалиям.  В сегодняшней публикации мы предлагаем вашему вниманию размышления о проблемах образования одного из наших постоянных авторов. Будем рады ознакомить читателей и с другими точками зрения, поэтому приглашаем всех неравнодушных к данной теме присылать свои мысли и комментарии нам в редакцию.

Проблемы, связанные с внедрением болонской системы, и негативные последствия

1. Одна из самых серьезных проблем, с которой столкнулись высшие учебные заведения после внедрения болонской системы, это то, что в несколько раз были сокращены по сравнению со специалитетом — часы на фундаментальные дисциплины. И их продолжают сокращать.

СПЕЦИАЛИТЕТ  — это отшлифованная многими десятилетиями, действительно, СИСТЕМА. Здесь все было взаимосвязано и проработано до мелочей – какое количество часов отвести на те или иные дисциплины и какие темы необходимо проработать, чтобы на выходе мы получали специалиста высокого класса. И это подтвердит каждый, кто застал советскую систему образования.

Основательные знания и навыки укладывались в программы для обучения в течение пяти лет. Например, будущим экономистам в большом объеме давали программу по математике. Инженерам – на математику отводилось примерно часов 300  и изучали ее в течение четырех семестров.

На «сквозные» дисциплины гуманитарного цикла для непрофильных специальностей (историю, философию, логику, психологию, русский язык) тоже отводилось достаточное количество часов. Это важно, потому что эти дисциплины очень эффективно способствовали социализации и развитию нравственно зрелой личности (правда, и преподавались они не в прозападном ключе, как сейчас, и целью ставилось сформировать целостную гуманитарную картину мира).

Например, на философию в аграрном вузе отводилось около 140 часов (70 часов – на лекции и 70 часов на семинарские занятия, причем в «живом» общении). После того, как перешли на бакалавриат, часы значительно урезали. Оставили не 140 часов, а всего 114, при этом примерно треть отвели на так называемую самостоятельную работу студентов. То есть осталось около 20 часов – на лекции, 32 часа на семинарские занятия.

Но на этом не остановились, и некоторые вузы, как наш, перешли на систему ПРИКЛАДНОГО бакалавриата (есть еще и такая система – это уровень, по мнению многих преподавателей, — техникума, и даже ниже, поскольку не предусмотрены в достаточном часы на занятия прикладного характера). И тогда в ФГОСе (федеральном государственном образовательном стандарте, которые формируются в минобрнауки) оставили на философию те же 114 часов, но на  реальную «голосовую» работу оставили только 70 часов (примерно 16 – на лекции и 16 на семинарские занятия, остальные из 114  часов ушли в блок самостоятельной работы студентов.) Самостоятельная работа – это, конечно, полная фикция. Вне учебного процесса в стенах вуза студенты ничего самостоятельно не просто даже не захотят изучать, но и не смогут, потому что для нормального усвоения материала обязательно нужно присутствие опытного наставника-преподавателя. Это по философии пример. Но такие урезания произвели со всеми дисциплинами. Причем не только гуманитарного цикла, но и с профильными предметами.

Например, у экономистов в отдельных вузах убрали вообще часы на математику — это по новым ФГОСам. Что за экономист с высшим образованием без математических знаний? У инженеров математику сократили в два раза.

Также в министерстве урезают все больше часов на фундаментальные науки и отдают на всякую ерунду. Вот, например, будущим аграриям министерство образования предписало преподавать дефектологию —  недавно ввели для студентов, которые обучаются на направлении «Земельный кадастр». Сократили при этом часы на философию и физику! Но зачем, вообще, в аграрном вузе кадастровикам дефектология, которая преподается в ущерб физике?

Коллеги из разных вузов жалуются на то же самое. На экономических факультетах — подмена-замена фундаментальных предметов всякой ерундой типа финансовой грамотности и пр. Например, волонтерство, экологию ввели юристам! Преподаватели говорят, что даже перед студентами стыдно бывает за огромные курсы-пустышки.

Надо постоянно повторять, что нужно усиливать фундаментальные дисциплины (математику со всеми прикладными направлениями, естественные науки, гуманитарные — литературу, русский язык, историю, философию, но не прозападную, а отечественную, логику, психологию). При этом важно подчеркнуть, что нельзя подменять фундаментальные дисциплины наукообразными предметами — типа связей с общественностью, менеджментом и пр. Последние вообще не нужно преподавать в университетах – это навык, который быстро нарабатывается в реальной жизненной практике, при условии, что у человека хорошая база фундаментальных знаний. К сожалению, очень многие известные деятели, даже те, кто критикует рыночные реформы в образовании, это слабо понимают и не уделяют этому должного внимания.

2. Проблема, связанная с доступностью обучения в магистратуре. Чиновники минобрнауки обещали, когда вводили болонскую систему, что если кого-то из студентов не устроит уровень образования, которое он получит в бакалавриате, то он может продолжить обучение в магистратуре. Но в реальной жизненной практике – это не работает, потому что минобрнауки намеренно ограничило такую возможность, установив лимит на места в магистратуре. Например, в вузе на курсе обучается 80-100 человек на очном отделении и 70 человек – на заочном. Но мест в магистратуру выделяется около 20-30. При этом большая часть их платная. И это повсеместно, хотя соотношения могут быть другие , но суть понятна — мало кому из бакалавров удается получить полное образование по своей специальности.

3. Сама система 4+2 – изначально порочная. Те, кто проучился 4 года, по сути, получили очень поверхностные знания. Настолько сокращены часы – что образовательные программы глубоко не проработать. Если кто-то попадает в магистратуру по своей специальности – получается , что это примерно 20 человек из 80-120. Часть бакалавров идут в платную магистратуру по другой специальности. Например, человек получил диплом бакалавра по зоотехнии. Потом поступает в магистратуру и за два года «осваивает» специальность «Юриспруденция». И что в итоге? Нельзя сказать, что это полноценный специалист в области зоотехнии. Но и какой будет юрист, который проучился  всего два года?

4. Еще одна проблема – это подушно-целевое финансирование вузов. Из-за того, что высшее образование переведено (во время вхождения в болонскую систему) на подушно-целевое финансирование, в вузах сокращают постоянно преподавателей, особенно тех кому за 45. Это происходит таким образом: если часть студентов не доучились (а таких набирается за каждый год много), то сокращают ставки на кафедрах. При этом нагрузка не менятеся, и часов по предметам остается столько же (потому что количество групп часто сохраняется, другие оставшиеся студенты продолжают учиться), а ставок с каждым годом становится значительно меньше. Вот, например, на кафедре пять преподавателей. А ставок на следующий учебный год остается – всего 4 или 3. И увольняют тех, кто постарше, самых опытных. А оставшиеся тянут на себе реально часов намного больше, чем три ставки.

5. Поэтому страна теряет и может безвозвратно потерять уникальную научно-методическую базу и высшего, и школьного образования, которая была наработана даже не десятилетиями, а столетиями в нашей стране и которая имеется только у тех, кому за 40. Не хочется обижать более молодых, но многие из них не владеют педагогическими методиками, которые есть по каждому предмету, которые утеряны сегодня. Советские методики позволяли организовать такое обучение, при котором учащиеся понимали весь учебный материал и усваивали его по высшей планке. Поэтому неудивительно, что сегодняшние отличники соответствуют уровню советских хорошистов, хорошисты —  уровню советских троечников, а про современных троечников  — вообще трудно говорить.

6. Каждая проблема вытекает из предыдущей. Поскольку из-за недоучившихся по разным причинам студентов сокращаются ставки и увольняют часть преподавателей, то в вузах пытаются удержать даже самых слабых или недобросовестных и завышают оценки – вместо двойки ставят тройку. Все это приводит к обесцениванию самого высшего образования как социального института. И приводит опять-таки же к снижению качества знаний у выпускников.

7. Отдельная беда — система рейтингов эффективности вузов. Показатели рейтингов заформализованы чиновниками из минобрнауки – до нелепости. Из-за этого утверждаются планы: каждому преподавателю опубликовать за год, например, в ряде вузов не менее трех статей в системе ВАКовских изданий, Scopus или Web of Science. Это большие серьезные статьи, в которых должна быть обоснована научная новизна, описывается некое исследование и его результаты. Не всякий талантливый ученый сможет писать статьи так интенсивно. Нужно время, чтобы собрать данные, выявить закономерности, сформулировать итоги и пр. При этом в вузах работают в основном преподаватели —  педагоги, а не Ломоносовы, Менделеевы, Капицы и Ландау. Работают те, кто хочет обучать студентов. Это, вообще, разные вещи – серьезная наука и хорошее преподавание определенных дисциплин.

Во что же в итоге выливается эта погоня за рейтингами? На моем опыте – преподаватель естественных дисциплин пишет и издает статью в ВАК или Web of Science (это проще, так как у естественников исследования экспериментально подтвержденные, что приветствуется  в этих издания). Но за публикацию он еще сам должен заплатить научному изданию. Стоит это удовольствие от 25000 до 100000 рублей и выше. Поэтому автор, чтобы оплатить  вскладчину, приглашает знакомых, например, преподавателя с кафедры иностранных языков. Этот приглашенный коллега не имеет ни малейшего представления, о чем статья, в которой он представлен как соавтор. Но по научному рейтингу такой преподаватель на хорошем счету, потому что регулярно выпускает таким образом статьи, которые необходимы и для рейтинга вуза и для его собственного. А по сути, все это потемкинские деревни и очковтирательство.  И, конечно, не преподаватели здесь виноваты (они заложники системы), а чиновники, которые вот таким образом неутомимо «оптимизируют» образование. Но не может наука – развиваться по разнарядкам от чиновников. Для этого нужны не разнарядки, а система, чтобы отбирать, находить талантливую молодежь, пестовать и выращивать из них настоящих ученых. Тут и материальная составляющая не на последнем месте. Талантливый ученый не является одновременно и монахом-аскетом. Ему нужна достойная заработная плата, достойные условия работы, лаборатории и пр.

8. У минобрнауки и минпросвета нет обратной связи с теми, на ком держатся остатки образования. Нужно, чтобы простые преподаватели могли донести до принимающих решения чиновников и политиков информацию о том, что реально мешает учебному процессу, его качеству. Как ни странно, рассчитывать, что все эти проблемы хорошо понимают руководители вузов, не приходится. Дело в том, что многие из них в постоянной погоне за рейтингами в такие важные детали не успевают вникать, да и не всегда хотят — поскольку превратились в эффективных менеджеров и мыслят в рыночной парадигме. К обсуждению современных проблем  качества и содержания образования нужно привлекать в первую очередь и теоретиков (крупных ученых, специалистов в области образования и смежных дисциплин), и обязательно практиков  — школьных учителей и преподавателей вузов, у которых есть определенное портфолио в виде изданных статей, монографий, докладов на конференциях и различных форумах, в которых они профессионально исследуют проблемы и обоснованно критикуют рыночную парадигму в образовании и т.п.

Что же можно предложить взамен сегодняшней болонской системы?

Вот этот вопрос пока можно оставить открытым. Понятно, что сразу резко менять нельзя, не продумав до деталей план постепенного перехода на специалитет.  Формально можно хоть завтра ввести 5-летнее обучение, но если останется тенденция на выхолащивание фундаментальных дисциплин и их подмену такими предметами в вузе, как волонтерство, если останется подушно-целевое финансирование вузов, система рейтингов эффективности вузов (в котором показатели — ни о чем: скопусы, хирши или что-то подобное типа липовых научных статей) и пр., то никакого толку не будет. 

Также о чем можно однозначно говорить — о недопустимости перевода образования на формат 2+2+2. Сейчас многие чиновники настойчиво выдвигают идею о переводе высшей школы на формат — 2+2+2. Они поясняют, что первые два года — это срок обучения в колледже. Плюс еще два года — обучение в бакалавриате. И последние два года — обучение в магистратуре. На деле ( в свете обозначенных мною выше проблем и нюансов) — это контрольный выстрел в систему высшего образования в нашей стране. Бакалавриат будет сокращен еще в два-три раза, причем и по часам, и по содержанию, и по уровню знаний студентов, и по количеству преподавателей в вузах. Ведь уже очевидно, что все эти антиреформы не просто привели к резкому снижению качества образования, но и представляют уже серьезную угрозу безопасности нашей страны.

Преподаватель с 30-летним стажем.

Рекомендуем посмотреть видео-выступление Дарьи Митиной! Она работала в министерстве образования в те годы, когда внедрялась болонская система, т.е. является специалистом, который «варился в кухне» реформ образования, понимает и знает, почему необходимо срочно и как именно остановить разрушение российского образования.

Чиновники против отмены Болонской системы? / Дарья Митина

Большинство граждан России выступают за немедленный отказ от Болонской системы в образовании. Почему чиновники сопротивляются? Кому выгодно оставить наших детей недоучками? На что рассчитывают те, кто саботирует переход к обновленному образованию? На эту тему рассуждает Дарья Митина — секретарь ЦК ОКП, политик, историк.

 

Рекомендуемые материалы по проблемам образования

Родительский конгресс вынес вердикт реформам образования

Каланчина И.Н. Личность в образовании: история и современность

Проект ЦОС: внедрять нельзя пересмотреть

Современная образовательная политика, или Деятельность по изготовлению человека

Какими намерениями вымощена дорога в дивный новый мир?

Новый наряд короля, или Кто стоит за «новациями» в образовании

Трансгуманизм – идеология реформ в образовании?

Язык и воспитание

Оппозиционная грамматика

Отпадение от языка

Польза и возможные риски цифровых технологий: мнение западных ученых

Круглый стол «Цифровизация образования: основания, проблемы и социальные последствия»

Манифест общественного движения «Родители Москвы»

Катастрофа высшего образования только начинается

Школа и здоровье не совместимы?

Кто выживет после цифровизации образования?

Почему онлайн-образование умирает

Домашнее образование: тупик или выход?

Человек отменяется, или О том, что заставляет «учителей словесности» отказаться от самой словесности

Очередной эксперимент в российском образовании: тотальная цифровизация?

Изгнание бесов из российского образования

Катастрофа высшего образования только начинается

Школа и здоровье не совместимы?

Кто выживет после цифровизации образования?

Почему онлайн-образование умирает

Домашнее образование: тупик или выход?

Публичное опознание

Истерика российской школы

Система, убивающая разум (о проектах Кузьминова-Грефа)

Что стоит за спешным принятием Закона об искусственном интеллекте?

После эпидемии нельзя допустить ползучего замещения очного обучения дистанционным

Сомнительные прелести дистанта

Фонд «Сколково» и коронавирус

Как относиться к спорам о ненужности празднования 9 мая?

Патриотизм: гражданская добродетель или «последнее прибежище негодяя»?

Российская система образования: есть ли шанс на возрождение?

«Имею право быть человеком»

Индекс Хирша как двигатель регресса

Принято решение о создании министерства просвещения

К чему ведет засилье информационных технологий в образовании?

Почему выбор профессии учителя сегодня — это большой риск?

Их пугают, а им не страшно

«Геймификация образования»: предупреждения Рэя Брэдбери сбываются?

Стоит ли стремиться в финский школьный рай?

Какой должна стать наша школа?

Фильм «Последний звонок»: комментарии, мнения, споры, прогнозы

В челябинских школах запретили секспросвет

Русская классическая школа: начало Возрождения?

Подборка статей по системе Развивающего Обучения